Германия обвиняет Россию в подготовке теракта на своей территории, в Польше произошёл целый ряд громких случаев — поджоги, взрывы, попытки прорыва границы мигрантами. Продолжается и череда угроз со стороны России. Насколько сегодня безопасна восточная граница Польши?
На мой взгляд, восточная граница Польши сейчас ненамного безопаснее, чем год назад. Это, в конце концов, показали события прошлого года, начиная с вторжения большого количества российских дронов в воздушное пространство Польши в сентябре прошлого года, 10 сентября, если я правильно помню, или примерно тогда. Плюс совсем недавно российская крылатая ракета упала в Люблинском воеводстве. Если говорить о защите воздушного пространства, то, откровенно говоря, я не вижу большой разницы.
Хотя в моменты, например, усиления российских ракетно-дроновых атак на Украину в воздух поднимают польские самолёты. У нас также есть поддержка союзников по НАТО. Но, откровенно говоря, после этого года я не чувствую себя в этом плане безопаснее, чем год назад. Об этом значительно больше говорят, и это, пожалуй, главное отличие. Если говорить о защите на земле, о наземном компоненте программы «Восточный щит», то этот проект также объявили с большой помпой, но, похоже, в этом направлении происходит немногое.
Я вспоминаю недавние публикации на платформе X одного французского аналитика, который занимается восточной тематикой. Он проанализировал, в частности, спутниковые снимки границ разных стран восточного фланга НАТО, в том числе Польши, и оказалось, что всё выглядит очень слабо. Это, в конце концов, подтвердили и некоторые польские аналитики. Подводя итог ещё раз: Россия и Беларусь развивают военную инфраструктуру, которая в будущем может использоваться для ведения конвенциональной войны с НАТО.
Но, что ещё опаснее, они развивают инфраструктуру для гибридной войны, а эта война уже идёт. И здесь Россия, в том числе с помощью Беларуси, становится всё более агрессивной. А размещение новых площадок для запуска дальнобойных дронов вблизи границ восточного фланга НАТО означает дальнейшую эскалацию этого конфликта.
Может быть, «зелёные человечки» как типовой сценарий и не совсем подходят для Польши, как минимум из-за размеров страны, численности армии и других средств обороны. Но, скажем, мигранты, которые прорывают границу с Польшей и вместе с которыми на территорию могут попадать диверсионные группы. Может ли такая схема служить интересам Российской Федерации? Ведь речь идёт не о захвате территорий, а о взрывах и диверсиях.
Связать миграционное давление с попыткой проникновения диверсантов в случае Польши было бы сложнее, ведь граница с Беларусью уже несколько лет в той или иной степени защищена. Если бы началось какое-то масштабное миграционное давление на польскую границу, польские службы наверняка знали бы об этом значительно заранее. Сначала этих так называемых мигрантов нужно перебросить воздушным путём в Беларусь, а затем доставить к границе. Поэтому, думаю, польские и союзнические службы имеют возможность наблюдать и отслеживать эту ситуацию и смогли бы лучше к этому подготовиться.
Я вижу большую угрозу в другом. Вы говорите о прорыве границы, о том, что вместе с этим могут проникнуть какие-то диверсанты. Но мы знаем, что, несмотря на барьер, нелегальные мигранты всё равно попадают на территорию Польши. И большую угрозу я вижу в том, что среди этих так называемых мигрантов могут быть агенты, подготовленные российскими спецслужбами.
Я помню, что некоторое время назад были публикации о связях российских спецслужб с афганцами. Это было ещё в те времена, когда американцы находились в Афганистане. Тогда, как сообщалось, ФСБ платила афганским боевикам деньги за убийство американских военнослужащих. И эти связи наверняка сохранились. Это опасно, ведь нужно помнить, что среди этих так называемых беженцев много афганцев, которые к тому же проходят через территорию России и Беларуси. Поэтому завербовать кого-то и подготовить к диверсионной деятельности здесь не так сложно.
Почему при этом я не считаю, что Польше угрожают так называемые «зелёные человечки»? Потому что нужно различать «зелёных человечков», агентов и диверсантов. Задача «зелёных человечков» как раз и заключается в том, чтобы они себя показали. Это прежде всего психологическая и политическая операция. Они должны захватить какую-то территорию. Даже во время той провокации на российско-эстонской границе некоторое время назад они демонстративно ходили перед камерами эстонского наблюдения вдоль российско-эстонской границы.
Поэтому скорее их могут использовать в каких-то сепаратистских сценариях в Эстонии, например в Нарве, или где-то на востоке Латвии. Но не здесь, не в Польше. На территории Польши просто нет сепаратистского потенциала для такого сценария. Поэтому я больше вижу здесь угрозу со стороны диверсантов и риск того, что вместе с этими так называемыми мигрантами на нашу территорию могут переправлять агентов российских или белорусских спецслужб.
Попытки поссорить Польшу с соседями — это не только конфликты с Украиной, но и, например, с Чехией. Я нашёл в сети историю с регионом Заользье, где снова поднимаются якобы исторические вопросы. Да, действительно, они существовали сто лет назад, но сейчас не стоят настолько остро. Российская пропаганда находит такие темы, вытаскивает их и пытается превратить в проблему. Есть ли здесь опасность?
На мой взгляд, если цель состоит в том, чтобы повлиять на общественное мнение в Польше и Чехии, каким-то образом поссорить поляков и чехов, настроить их враждебно друг к другу, то в контексте Заользья или Тешинской Силезии это абсолютно нереально. Поэтому, думаю, что нет. Но может произойти так называемая операция под чужим флагом. Например, российские агенты, не знаю, переодетые поляками, могут совершить какой-то акт саботажа на чешской стороне. Или наоборот. Мы знаем, что российские спецслужбы уже проводили подобные операции.
Например, несколько лет назад в случае Закарпатья, когда было подожжено венгерское консульство, к этой операции также привлекли завербованного поляка. Поэтому провокации такого типа возможны. Но мне кажется, что если бы российские спецслужбы хотели провести операцию под чужим флагом, то наибольший потенциал для этого есть прежде всего на линии Польша — Украина. Именно здесь сейчас наиболее интенсивно ведётся когнитивная война со стороны России. Происходят различные дезинформационные кампании, цель которых — как можно сильнее поссорить поляков и украинцев.
Это могут быть разного рода провокации, инциденты, надеюсь, без человеческих жертв. В случае деятельности российских спецслужб нельзя исключать и такого сценария, при котором были бы жертвы с одной или с другой стороны, а вину затем возложили бы на другую сторону. Такие провокации были бы даже более вероятны, если бы Россия захотела сделать это между Польшей и Литвой, поскольку там также есть больший потенциал для этого, хотя он уже очень мал по сравнению с прошлыми временами.
А возвращаясь к польско-чешским отношениям, мне кажется, что это просто очередные попытки дезинформационной деятельности. Видно, что Россия пытается найти каждое слабое место в отношениях между союзниками. Прежде всего исторические болевые точки, чтобы ослабить союзническое единство. Но в случае поляков и чехов я не вижу для этого больших возможностей.
Если и будет какое-то негативное последствие российской дезинформационной деятельности, то скорее в виде разжигания определённых исторических споров с одной или с другой стороны. Мы знаем, например, что вопрос занятия Заользья Польшей сегодня также критикует часть польских политических или исторических элит, поскольку эта тема до сих пор вызывает определённые споры. Но она не обладает таким потенциалом, чтобы серьёзно навредить польско-чешским отношениям.
Алексей Бурлаков