Российские атаки по украинской энергетике привели к самой сложной за всю эту войну ситуации для жителей страны. Долгие ночи без сна. Темные дома и улицы, когда электричество дают по графику — всего по несколько часов. Только за последнюю неделю — три массированные волны ударов по украинской энергетике. На днях был рекорд: 635 дронов плюс 38 ракет за одну только ночь. По официальным данным, Россия уничтожила или серьезно повредила объекты энергетики, которые теперь недодают 8,5 гигаватта мощностей. Это почти половина того, что Украина обычно потребляет зимой.
Более миллиона человек — без света, воды и отопления в условиях серьезных заморозков. Убытки уже оценили в 70 миллиардов долларов. И вашингтонские эксперты убеждены — это «энергетическая война» Путина, попытка склонить Украину к перемирию на его условиях, к территориальным уступкам и фактически — капитуляции.
Об этом — беседа с бывшим заместителем госсекретаря США по вопросам энергетики Джеффри Пайеттом (в свое время возглавлял посольство США в Украине). В команде Байдена он координировал американскую и международную помощь для восстановления украинской энергосистемы.
Джеффри Пайетт: Думаю, это в значительной мере психологическое воздействие. Путин атаками на энергетическую инфраструктуру стремится сломать волю украинцев, сделать так, чтобы они не могли поддерживать оборону страны. И стратегия российской энергетической войны все время менялась. Зимой 2022–2023 годов фокус был на атаках по линиям электропередачи. Зимой 2023–2024 годов стратегия изменилась — удары были по трансформаторам и генерирующим станциям.
Украинцы продемонстрировали невероятную стойкость. Люди дома ставят аккумуляторы, небольшие генераторы, солнечные панели на крышах. Украинцы выстояли против энергетического террора. И это не изменится при любом сценарии. Но теперь вы видите, что Путин переходит к более интенсивным атакам по газовой инфраструктуре — чтобы прекратить отопление, лишить города возможности поставлять людям тепло и воду. Именно поэтому сейчас так важно расширять поставки сжиженного газа в Украину, помогать стране восстанавливать мощности, которые Путин атакует.
Обратите также внимание: Кремль за последний год серьезно увеличил производство иранских «Шахедов». Теперь это часть их военной стратегии — постоянно пробовать «перегрузить» украинскую ПВО. Я не думаю, что это будет иметь успех, но Путин явно планирует, как предупреждал президент Зеленский, что это будет самая сложная зима за всю войну.
Похоже, в Кремле пытаются не просто ухудшить украинцам жизнь, а достичь такого уровня усталости в обществе, когда любой мирный план и любые уступки люди поддержат, потому что просто не будет ни моральных, ни физических сил все это выдерживать. Украинцев даже пугали полным блэкаутом — угрозой необратимого развала энергосистемы страны. Но в Госдепе в прошлом году, когда Джеффри Пайетт там работал, просчитывали разные сценарии развития событий в украинской энергетике. И ни один из них — даже самые критические — не включал блэкаут.
Да, в этом году от Штатов новой помощи почти не поступает, но перед уходом Байдена удалось заранее создать определенный «запас прочности».
Джеффри Пайетт: Если вспомнить, то в энергосистему, которую еще при Советском Союзе спроектировали для Украины, заложили избыточную мощность. Так что даже когда Россия систематически разрушает ТЭЦ и энергоподстанции, Украине удается удивительным образом обеспечивать наличие света.
Когда я работал в Госдепартаменте США, я возглавлял усилия американского правительства и всех стран «Большой семерки» по мобилизации ресурсов для помощи Киеву. Мы доставили трансформаторы, кабели, сетевое оборудование и генераторы на более чем 5 миллиардов долларов — все это было предназначено для повышения устойчивости украинской системы. Поэтому я сейчас не вижу риска полного общенационального блэкаута.
Единственное, чего России частично удалось достичь, — разъединить сеть на востоке и на западе страны. Это создает политический вызов, когда у людей во Львове отключения, скажем, короче, а в Харькове — по 16 часов. Восстановить это соединение должно стать приоритетом. Но хочу подчеркнуть, насколько успешно энергетики справляются с тем, чтобы удержать ситуацию.
Очевидно, что с момента вторжения целью Кремля было подчинить Украину, лишить ее суверенитета и навязать в Киеве режим, полностью зависимый от интересов Москвы. Думаю, если бы у них получилось посадить режим в Киеве, похожий на тот, что есть в Беларуси, — это был бы желаемый для России результат. Но все, что Путин делает с момента Революции достоинства, и особенно с начала полномасштабной войны, лишь делает этот результат недостижимым. Он своими действиями укрепляет ощущение идентичности украинцев, их устремление на Запад, их желание вступить в Евросоюз и категорически отвергнуть модель управления, которую пытается навязать Кремль.
Новый элемент этой «энергетической войны» — Москва перешла очередную красную линию, начав атаки на подстанции всех украинских атомных электростанций. Здесь у Москвы другой план — принудительно снизить их мощности, и это частично уже происходит. Осенью прошлого года лишь девять реакторов на украинских АЭС работали на полную мощность. Зимой, после атак, четыре из них были вынуждены снизить производство. Только за прошлую неделю сообщалось о дронах и ракетах возле Хмельницкой и Ровенской АЭС. А Запорожская АЭС — вообще отдельная проблема: там уже была полная потеря внешнего питания на несколько часов, и пришлось восстанавливать последнюю резервную линию после повреждений. Это игра с огнем.
Джеффри Пайетт: Отсюда, из Соединенных Штатов, это выглядит так, будто Путин разрушил автомагистрали, но люди все равно могут пользоваться обычными дорогами. Именно это удавалось делать украинским энергетикам — находить обходные пути. Но в последнее время вы видите атаки России на подстанции, связанные с АЭС, включая Запорожскую, что невероятно опасно и нарушает все принципы международного права.
Украинские атомщики продолжают действовать чрезвычайно ответственно. Украина очень эффективно поддерживает свои атомные станции в безопасном режиме, даже когда это требует снижения мощности. Но должен подчеркнуть: Путин играет с огнем. Это невероятно безответственно и опасно.
Еще один вопрос — сколько времени займет запуск Запорожской АЭС, если его включат в мирный план. Скажу прямо: безопасно запустить ее сегодня невозможно, в том числе из-за разрушения Каховского водохранилища и проблем с доступностью воды для охлаждения реакторов. У меня очень серьезные сомнения в реалистичности этого предложения — не говоря уже о его легальности.
Мне также трудно представить, что международное сообщество и тем более Европейский союз согласятся игнорировать ответственность России за эту войну, в то время как европейских налогоплательщиков будут просить финансировать реконструкцию. Кроме того, большинство украинских технических специалистов, которые разбирались в западных системах на станции, россияне либо выгнали, либо заключили в тюрьму, либо убили. Поэтому у меня чрезвычайно серьезные вопросы к этому пункту, как и к другим пунктам плана Виткоффа.
Возвращаясь к прогнозу на зиму: она может быть чрезвычайно сложной. Это не попытка напугать, а предупреждение о возможных сценариях. Худший из них — обвал системы теплоснабжения из-за недостатка газа. Однако Москва сильно ошибается, если рассчитывает использовать «генерала Мороза» против украинцев. История показывает обратное. Гитлер бомбардировал Лондон с той же целью — сломить волю людей, но это не изменило исход войны. И я ожидаю, что то же самое произойдет и в этой энергетической войне, которую ведет Путин.
Дмитрий Анопченко
Вашингтон