Преступление насильственного исчезновения людей начали вводить в международное право в 1970-1980-х годах на фоне деятельности так называемых «эскадронов смерти» при диктаторских режимах Латинской Америки. В 2006 году ООН утвердила Международную конвенцию для защиты всех лиц от насильственных исчезновений. Однако член экспертного совета Центра гражданских свобод, кандидат юридических наук Константин Задоя считает, что в украинском законодательстве необходимо предусмотреть отдельную статью о таком преступлении. Речь идет не только о лишении человека свободы, но и о полном прекращении его связи с окружающим миром — содержании в режиме изоляции, известном как «инкоммуникадо».
«Насильственное исчезновение — это одно из проявлений преступлений против человечности. Специфика этого преступления против человечности заключается в том, что это деяние, которое совершается в рамках широкомасштабного или систематического нападения на гражданское население», — пояснил Задоя. По словам юриста, Украина может расследовать каждый эпизод насильственного исчезновения, организованного российскими военными и чиновниками, по отдельности, либо же преследовать исчезновения в статусе преступлений против человечности, доказывая, что конкретное исчезновение являлось частью системного нападения.
Правозащитники отмечают, что Россия не только похищает украинских граждан, но и отказывается сообщать об их местонахождении. Как рассказала представительница объединения семей военнопленных «Плен. Другие источники» Татьяна Нечай, за последние полгода новую информацию о своих родственниках получили только шесть из 148 семей. В 2025 году такие сведения получили 35 человек, или 23% членов организации.
Правозащитника отметила, что данные о местонахождении 44 человек не обновлялись более трех лет, и только пять украинских семей были официально проинформированы о попадании их родственников в российский плен. С октября 2022 года Россия также перестала отвечать на запросы секретариата рабочей группы ООН по насильственным исчезновениям людей.
Правозащитник Центра гражданских свобод Олег Мартыненко сообщил, что за годы войны Россия сформировала систему преследования жителей оккупированных территорий, а также осуждения, пыток и депортации военнопленных и гражданских украинцев. Офис генерального прокурора Украины сформировал список 1100 российских военнослужащих и чиновников, которых подозревают в насильственных похищениях и других военных преступлениях.
Международная конвенция для защиты всех лиц от насильственных исчезновений предусматривает применение принципа так называемой «универсальной юрисдикции». Он позволяет национальным судам и правоохранительным органам различных стран преследовать подозреваемых за тяжкие международные преступления независимо от места их совершения, гражданства подозреваемого и потерпевших.
Однако Мартыненко назвал неэффективной работу «Интерпола», поскольку объявление российских военных преступников в розыск организация должна согласовывать со своим филиалом в Москве. Правозащитник убежден, что альтернативой может стать обращение Украины к странам Европейского союза либо отдельной европейской стране с просьбой внести сведения о 1100 подозреваемых в Шенгенскую информационную систему (SIS) для их задержания, передачи либо экстрадиции.
«Мы завершили свое исследование предложением создания по меньшей мере временной рабочей группы из представителей Офиса генерального прокурора, Службы безопасности Украины, Министерства внутренних дел. Эта группа должна заняться разработкой алгоритма и налаживанием унифицированного взаимодействия украинских правоохранителей с зарубежными правоохранительными органами», — сообщил правозащитник. По его мнению, это позволит объединить национальное уголовное преследование, принцип универсальной юрисдикции и международные правоохранительные механизмы в единую систему при поддержке Европейского союза.
Для практического применения универсальной юрисдикции необходимо собрать доказательства, а также идентифицировать подозреваемых, однако этих действий недостаточно для полноценного наказания виновных. Старший следователь по особо важным делам главного следственного управления Национальной полиции Украины Иван Дулкай подчеркнул, что универсальная юрисдикция должна применяться наряду с механизмами Международного уголовного суда, совместными следственными группами, двусторонним сотрудничеством и другими альтернативными способами международного розыска.
«Это все инструменты, с помощью которых мы должны достичь результата, попытаться расширить географию наших возможностей и попытаться привлечь к ответственности тех российских военнослужащих, которые, к примеру, находятся на территории стран-партнеров или тех, которые придерживаются демократических принципов и принципов справедливости и правосудия. Подавляющее большинство преступлений станет объектом рассмотрения украинских правоохранительных органов и судебной системы», — отметил Дулкай. Эффективность такого преследования, по его словам, прежде всего будет зависеть от работы украинских следственных органов и судов.
По данным Центра гражданских свобод, российские власти содержат в режиме «инкоммуникадо» более 118 тысяч украинцев. Международная конвенция для защиты всех лиц от насильственных исчезновений позволяет задействовать механизмы преследования десятков тысяч россиян, находящихся за границей. Однако для полноценного сотрудничества украинских следователей с Комитетом ООН по насильственным исчезновениям и государствами — участниками конвенции, каждый факт такого преступления со стороны россиян, должен быть криминализирован в Уголовном кодексе Украины.
Вильгельм Смоляк
Слушайте передачу в прикрепленном файле