Есть ли перспектива у протестного движения в Грузии на данный момент, потому что, как я понимаю, власть усмирила протесты?
Гия Хухашвили: На сегодняшний момент, конечно же, особого оптимизма у нас нет — понятно почему. Власть действует методично, по тем методичкам, которые поступают из Москвы. Идёт наступление по всем направлениям: уничтожается политический класс, гражданское общество, притесняются независимые медиа. На оппозиционном фланге ситуация тоже не радует. Оппозиция слаба, потеряла доверие народа, в том числе в протесте.
Сейчас у нас ситуация, когда гражданский протест, по масштабам большой, и политический класс живут раздельной жизнью. Есть армия проевропейских граждан, но нет военачальника. В такой ситуации, без элемента консолидации протеста, сложно ожидать радикальных изменений. У власти нет легитимности, но и у оппозиции нет доверия — всё это даёт козыри «Грузинской мечте».
Они действуют по отлаженной технологии — возможно, с прямыми консультациями ФСБ, возможно, просто по шпаргалкам. Технология борьбы с гражданским обществом и оппозицией полностью повторяет российскую и белорусскую. Была попытка и в Украине такое сделать. То, что в России заняло десять лет, в Грузии произошло за два. За это время власти удалось выстроить авторитарный режим, очень похожий на российский. Те же пропагандистские месседжи: демонизация Запада, разговоры о «deep state», «традиционные ценности», псевдорелигиозная риторика, лозунги о «защите традиций». Всё то же самое.
- Действительно, власти подают аресты как задержание людей, якобы готовивших госпереворот. Но из ваших слов я понял, что неудача гражданского общества в том, что нет лидера, который мог бы повести за собой. А власти, в свою очередь, пытаются этих лидеров назначить и посадить.
Гия Хухашвили: Да, скажем так — «козлов отпущения». Им приписывают ореол лидеров. Например, известного певца объявили «организатором переворота». Это настолько абсурдно, что дальше некуда. Но власть действует, использует технологии геббистов. Идёт вперёд. Тактическая цель — не просто построить систему управления по российским лекалам, а сделать из Грузии аналог Азербайджана: автократию, но с контактами и с Западом, и с глобальным Югом.
Проблема в том, что такой сценарий в Грузии невозможен. Азербайджан имеет ресурсы, поддержку Турции и не ведёт агрессивной антиевропейской политики. А Грузия превращается, мягко говоря, в политический хаос.
- То есть противостояние будет продолжаться на улицах?
Гия Хухашвили: Да, если гражданскому обществу удастся перегруппироваться и устоять. Власть по российскому алгоритму попытается задушить протест, загнать его «на кухню». Они понимают: критически настроенное население завтра не полюбит их, но если удастся раздробить протест — цель будет достигнута.
Сейчас основная борьба — за выживание. Нужно 2–3 месяца, чтобы удержаться, а потом — не просто обновление, а настоящий апгрейд политического процесса. Потому что нынешние политические игроки не соответствуют стандартам консолидации и лидерства, которые нужны для перемен.
Алексей Бурлаков