Роман Чеярек (Roman Czejarek), известный журналист Польского радио, на протяжении многих лет занимается популяризацией истории и общественно важных тем в своих передачах и подкастах. В своей работе он сочетает журналистскую точность с умением доступно рассказывать о событиях, которые оставили заметный след в современном мире.
Его новый подкаст посвящен катастрофе на Чернобыльской атомной электростанции в Украинской ССР, произошедшей 26 апреля 1986 года. Премьера подкаста Czarnobyl. Prawdziwa historia («Чернобыль. Настоящая история») состоялась 23 апреля на сайте polskieradio.pl и в стриминговых сервисах. Новые серии появятся уже в ближайшее время.
Я знаю, что вы нашли свидетелей, которые своими глазами видели последствия катастрофы в Чернобыле. А вы сами были там лично?
Роман Чеярек: Нет, я не был в Чернобыле и очень об этом жалею. Я хотел туда попасть. В свое время я побывал на многих других электростанциях — во Франции, в Соединенных Штатах Америки, в Великобритании, а также на немецкой в Грайфсвальде, которая уже не существует, она закрыта. Однако я откладывал поездку в Чернобыль, потому что решил, что на территории Украины есть другие интересные вещи. Там ведь много и частичек польской истории. Поэтому я ездил по Украине, делал разные репортажи и откладывал, откладывал поездку в Чернобыль — исходя из того, что туда я еще успею... И тут началась полномасштабная война России против Украины. И теперь уже нет возможности посетить Чернобыль. Это звучит странно, но это место я знаю по рассказам. Зато, конечно, уже буквально по рассказам сотен людей на данный момент, потому что столько людей и разговоров с ними уже записано. Все они используются в подкасте. То место, где находится Чернобыльская АЭС, — Припять, особенное. Потому что этот город находится в 3 км от ЧАЭС. А населенный пункт под названием Чернобыль находится гораздо дальше, и это часто вводит в заблуждение тех, кто интересуется этой катастрофой. Припять была городом, где жили почти одни молодые люди. Им было 23-25 лет — примерно такой была средняя возрастная группа. Это были сотрудники электростанции, где строили новые энергоблоки. Они очень верили советской власти. Считали, что раз эта власть дала им квартиру, работу, ясли для ребенка, детский сад, дом культуры, бассейн — все это там было бесплатным,— значит, эта власть не может их обмануть.
Роман Чеярек реконструирует то, что происходило не только в историческом пространстве, но и в головах у людей, находившихся в критический момент на Чернобыльской АЭС.
Роман Чеярек: Многие из тех, кто был там тогда, в ночь 26 апреля 1986 года, совершенно не осознавали опасности. Многие воспринимали это как крупный, но все же обычный пожар. Позже это начали трактовать немного как отравление какими-то газами. Казалось, что даже простые домашние способы помогут. Одна женщина рассказывает, что ее мужу, пожарному, тушившему Чернобыльскую АЭС, который умер через несколько дней, кто-то посоветовал, что нужно пить много молока. И она едет в деревню, покупает по 3–4 литра молока в день и думает, как она вообще в этой советской системе «достанет» это молоко, потому что купить большое количество молока было не так просто частным образом, вне магазина. А она хотела купить еще и для коллег мужа — шестерых пожарных, которые были тяжело ранены. И она считала, что если она купит это молоко, то все будет хорошо. В ее рассказе все сводится к тому, как уговорить мужа пить молоко, хотя он его ненавидит и никогда не пил. Но теперь придется — ведь он хочет выздороветь. И ей даже не приходит в голову, что через несколько дней его уже не будет в живых, что смерть будет ужасной, в мучениях, что все будет стремительно ухудшаться. Так что эти люди не осознавали, что там на самом деле происходило...
Где вы нашли свидетелей? В Польше?
Роман Чеярек: Я также ездил в Украину, а многие из героев подкаста сейчас находятся в Польше. Очень помогли мне также записи из архива Польского радио. Кто-то записал свидетелей, а у кого-то хватило ума, чтобы сложить это в архив. К примеру, репортер Польского радио в Белостоке Ян Смык в первые дни после аварии, был свидетелем того, как людям выдавали раствор Люголя — антисептический препарат на основе йода. Это было 28–29 апреля 1986 года. Люди, узнав причину, впали в панику. Посреди ночи ездили по аптекам, требовали выдать этот раствор, а он с микрофоном это записывал, зная, что никто это не пустит в эфир. Но он считал, что это нужно задокументировать, и оставил эти записи. Потом, спустя много лет, он сделал из этого репортаж под названием Chmura («Облако»), и фрагменты его работы также мною используются. Эти записи сохранились. Из репортажа слышно, как люди были напуганы, как они привозили с собой маленьких детей — годовалых или двухлетних. И как такому ребенку объяснить, что он должен выпить отвратительный на вкус раствор Люголя? Он выплевывает его, его тошнит, он не хочет пить, потому что это неприятно на вкус, а мы знаем, что если он не выпьет, может быть плохо. Из исследований, которые проводились позже, видно, что это решение о выдаче раствора Люголя, которое многие критиковали, было на самом деле правильным. Волна онкологических заболеваний, которая шла от Чернобыльской АЭС на запад, заканчивается на границе Польши с Беларусью и Украиной — это видно по исследованиям. Тогда это вызывало споры, но в итоге это имело смысл.
О чем мы вскоре еще услышим в очередных сериях подкаста Czarnobyl. Prawdziwa historia?
Роман Чеярек: В следующих сериях я буду рассказывать о том, что на самом деле произошло и что скрывали. Хотя бы то, что реактор Чернобыльской АЭС в практическом смысле использовался для производства материала для ядерных бомб. Я также постараюсь рассказать историю людей через их эмоции — их страх, незнание, удивление, а также знание правды спустя годы. Потому что сегодня они гораздо более осведомлены, только того, что произошло, уже не вернуть — облучение стало частью их жизни. А еще чернобыльская зона — это место рядом с фронтом между Украиной и Россией. Напомню, что украинская Запорожская АЭС занята россиянами. А в саркофаг Чернобыльской АЭС ударил дрон, пробив в нем дыру.
Во время нашей беседы у Романа Чеярека возникла интересная мысль.
Роман Чеярек: Эта беседа подсказала мне идею — подготовить версию подкаста с переводом на русский и украинский языки. Думаю, это имело бы смысл. Может быть, откликнулись бы слушатели? Может быть, они захотели бы что-то добавить? Эта тема выходит за государственные границы. Она касается всех нас — даже если кто-то тогда еще не жил, жили его родители или бабушки и дедушки. Я думаю, нет человека, особенно в Европе, у которого не было бы какого-то воспоминания о катастрофе на Чернобыльской АЭС. Достаточно спросить — каждый что-то помнит. Спросите!
Виктор Корбут
Аудиоверсию интервью с Романом Чеяреком слушайте в добавленном файле.