25 июня исполнилось 50 лет со дня начала рабочих протестов 1976 года в Польше. Как это было, вы узнаете от участников событий и историков. В протестах приняли участие более 80 тысяч человек на 112 предприятиях. Постановлением Сената Польши 2026-й объявлен Годом рабочих протестов июня 1976 года (Rok Robotniczych Protestów Czerwca 1976).
Историк Антони Дудек напомнил, что протесты июня 1976 года стали реакцией на очередное повышение цен на потребительские товары и ознаменовали завершение относительно благополучного периода первых лет правления Эдварда Герека, в 1970-1980 годах занимавшего пост первого секретаря ЦК Польской объединенной рабочей партии. В СССР это был период застоя — эпоха Брежнева.
Антони Дудек: В первой половине 1970-х годов у поляков действительно вырос уровеь блогосостояния, не у всех, но у многих. А потом пришел июнь 1976 года, повышение цен, протесты в Радоме, Урсусе — и это можно сказать, было как гром среди ясного неба. Те, кто на мгновение поверил, что эта власть может быть иной, болезненно убедились, что это не так. При этом Герек действительно запретил использовать против протестующих огнестрельное оружие. Позже он объявил амнистию — менее чем через год. К тому же он отчасти поддался международному давлению и действиям оппозиции. Он оставил власть без применения насилия летом 1980 года, и это тоже позволило ему поддерживать легенду о себе.
Повышение цен, объявленное премьер-министром Пётром Ярошевичем 24 июня 1976 года, а также связанная с ним несправедливая система компенсаций, которая фактически распространялась лишь на небольшую часть общества — партийных функционеров и людей, связанных с властью, — должно было вступить в силу через три дня. Власти представили эти меры как проект, который будет вынесен на общественное обсуждение, однако большинство восприняло это как формальность. Историк из Института солидарности и мужества имени Витольда Пилецкого Павел Сасанка напомнил, что эта информация вызвала бурную реакцию рабочих по всей Польше.
Павел Сасанка: В стране произошло несколько десятков забастовок, которые охватили 24 воеводства. В них участвовало около 80–90 тысяч человек. Главными центрами, где люди вышли на улицы, были Радом, Урсус и Плоцк. Для общества это повышение цен означало фактическое отнятие всего того, что люди получили за первые несколько лет 1970-х годов, и, по сути, резкое ухудшение условий жизни.
В Радоме произошли столкновения с участием более 20 тысяч рабочих, также было подожжено здание воеводского комитета ПОРП. Станислав Ковальски (умер в 2024 году), тогда рабочий Металлургических заводов имени генерала Вальтера, вспоминал в 2017 году момент своего присоединения к демонстрации.
Станислав Ковальски: В центре Радома я увидел людей, транспаранты с надписями: «Мы хотим хлеба», «Мы хотим свободы» и так далее. И тогда меня словно понесло. Дома отец, который прошел лагеря, рассказывал мне свою историю, воспитывал во мне патриотизм. И когда я увидел, что появился шанс что-то изменить, то, конечно, решил присоединиться. Просто включился в это.
В Радоме против рабочих, которые подошли к зданию Воеводского комитета ПОРП, были направлены подразделения милиции и ЗОМО (моторизованная поддержка гражданской милиции).
Одним из героев июня 1976 года был священник Роман Котляж, который сопровождал бастующих рабочих завода имени Вальтера и благословлял участников протеста. В проповедях он осуждал ложь властей, отсутствие справедливости, а также требовал уважения к человеку и его труду. Священник погиб в результате избиения так «неизвестными лицами» 18 августа 1976 года.
Племянница священника Александра Лёренц, которая одной из последних видела тело замученного, вспоминала об этом в 2023 году.
Александра Лёренц: Мы пришли в больницу, и там нам сказали, что дядя уже находится в морге. Мама расплакалась. Мы пошли в морг, дедушка откинул простыню и повернул его на бок. То, что мы увидели, было ужасно: вся спина, особенно в области почек, была буквально черной от побоев.
В 1976 году, будучи студенткой медицинского факультета, практику в радомской больнице проходила Эва Копач, в 2014–2015 годах премьер-министр РП, а ныне зампредседателя «Гражданской коалиции». В 2011 году она вспоминала людей, избитых милицией.
Эва Копач: Трудно было различить черты лица. Это было одно большое синее пятно. Эти люди не только подвергались силовому воздействию со стороны специальных подразделений ЗОМО, но и были осуждены — самый длительный приговор составлял 6 лет. Это также были люди, которые потеряли работу и, по сути, лишились источника существования для всей семьи.
Среди погибших в ходе событий июня 1976 года были участники столкновений в Радоме: Ян Лабэнцки и Тадеуш Зомбэцки, которых придавило тракторным прицепом, который они пытались столкнуть в сторону атакующих сотрудников милиции. В результате жестокого избиения милицией в ночь с 30 июня на 1 июля скончался Ян Брожина, радомский рабочий.
Павел Сасанка: В Радоме еще не было разбито ни одного окна. Около 10:00 МВД приняло решение перебросить туда дополнительные силы и средства из окрестных населенных пунктов и из Щитно. Если до полудня в Радоме было лишь около 75 сотрудников ЗОМО, то после обеда их стало уже 1500. Произошли жесткие уличные столкновения, в ходе которых погибли два человека. Затем началась жестокая силовая «пакетация», символом которой стали так называемые «тропы здоровья».
Коммунистические власти, напоминает Павел Сасанка, в других городах также прибегали к силовым вмешательствам.
Павел Сасанка: В Урсусе и Плоцке происходили многочисленные столкновения, при этом характерно, что не в кульминационной фазе протеста, а позже, когда уже было объявлено решение о приостановке повышения цен на продукты. По сути, люди расходились по домам и только тогда были атакованы подразделениями ЗОМО.
На механическом заводе «Урсус» (ныне в пределах Варшавы) подразделения ЗОМО жестко разогнали протестующих, а репрессии продолжались и после завершения забастовки. Участница тех событий Станислава Попёлэк говорила, что бастующие помнили о кровавом подавлении рабочих на побережье в 1970 году. Однако все были в отчаянии и не думали отступать.
Станислава Попёлэк: Мы ни на что не обращали внимания, считали, что это правильно. Мы боролись за хлеб и за нашу свободу, потому что этого режима нам хватило!
Председатель профсоюза на заводе в Урсусе Анджей Кежковски в 2023 году вспоминал в интревью Польскому радио, что рабочие, участвовавшие в демонстрации, приговаривались к тюремным срокам и увольнялись с работы.
Анджей Кежковски: Премьер-министр Ярошевич отступил, и это была первая победа забастовки: впервые не стреляли в людей. Но при этом людей проводили через «тропы здоровья», избивали, увольняли с работы. На заводе в Урсусе уволили три человека и выдали так называемый «волчий билет» — они не могли устроиться на работу нигде. А Герек организовывал на стадионах так называемые митинги против «смутьянов» — в Урсусе, Радоме и Плоцке.
По распоряжению Эдварда Герека 26 июня 1976 года была запущена машина пропаганды. Во многих городах Польши партийные активисты организовывали — якобы спонтанные — митинги в поддержку властей. Партийные деятели по всей стране созывали многотысячные собрания, на которых демонстрировалась сила ПОРП и осуждались протестующие, которых называли «смутьянами», а сами протесты — «выходками неработающих хулиганов».
Ведущий митинга: Мы осуждаем зачинщиков беспорядков и «забастовщиков», поддерживаем правильную политику партии. Требуем положить конец безнаказанному безделью и паразитическому образу жизни смутьянов, хулиганов и прочих «голубых пташек».
В кампанию были вовлечены пресса, радио и телевидение. В Радоме на стадионе спортивного клуба Radomiak был организован так называемый «сеанс ненависти». Радом стал городом, на который обрушились самые жесткие репрессии, а впоследствии его на протяжении многих лет целенаправленно лишали инвестиций.
Перед комиссиями по делам правонарушений после подавления протестов предстало более 350 человек, перед судами — свыше 270, при этом выносились приговоры сроком до 10 лет лишения свободы. В результате репрессий несколько тысяч человек потеряли работу или получили так называемый «волчий билет», который делал невозможным дальнейшее трудоустройство.
Против действий властей решительно выступила Римско-католическая церковь: примас Польши Стефан Вышиньски направил письмо Эдварду Гереку, а 9 сентября 1976 года польский епископат публично потребовал прекращения преследований рабочих и призвал к амнистии осужденных участников протестов.
Юристы и ученые направили властям «Письмо 14», выступив против репрессий в отношении участников рабочих протестов. Документ, составленный Яном Ольшевским, подписали, в частности, Станислав Щука, Стефан Киселевски и Владыслав Сила-Новицки.
Лишь после 1989 года более 30 осужденным отменили приговоры, а 15 человекам выплатили компенсации.
Июнь 1976 года также стал началом формирования открытой оппозиции в ПНР, которая объединила рабочих и интеллигенцию. В сентябре был создан Комитет защиты рабочих (KOR), действовавший открыто и оказывавший помощь репрессированным, а год спустя — Движение защиты прав человека и гражданина. Эти организации стали основой для будущей «Солидарности».
В Государственном архиве новых документов (Archiwum Akt Nowych) хранятся документы, связанные с событиями июня 1976 года. Директор архива Мариуш Ольчак рассказал об их содержании.
Мариуш Ольчак: У нас хранятся документы различных людей, которые были вовлечены в деятельность Комитета защиты рабочих и Движения защиты прав человека и гражданина. Это очень интересный конгломерат документов, потому что с одной стороны они показывают репрессивный характер власти, а с другой — потенциал деятельности организаций, связанных с KOR, а затем с «Солидарностью».
Ключевым моментом памятных мероприятий, организованных Институтом национальной памяти в Радоме, стала закладка 25 июня капсулы времени на площади Корацци. Внутри капсулы помещены, среди прочего, архивные документы.
На Польском радио выходит в эфир подкаст Bunt’76. Prawdziwa historia («Бунт’76. Подлинная история») авторства Кшиштофа Гжибовского, в котором раскрываются подробности рабочего восстания.
IAR/vk
Аудиоверсию маматериала слушайте в добавленном файле.