Опасения за состояние демократии переплетаются с дискуссиями вокруг понижением оборонных расходов и планами правительства изменить систему финансирования общественных СМИ, которые в Чехии пользуются огромным доверием общества. Значительная часть чешского общества опасается, что премьер Андрей Бабиш движется по пути венгерского коллеги Виктора Орбана. Аналитик Центра восточных исследований (Варшава) Кшиштоф Дембец объясняет, что привело к одной из крупнейших демонстраций последних десятилетий.
Кшиштоф Дембец: Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понимать, что Чехия, как и многие демократические страны, крайне поляризована. Прага — крупнейший город страны, а также другие большие города, такие как Брно и Пльзень, в значительной степени скептически настроены по отношению к нынешнему правительству Бабиша, которое носит популистско-националистический характер. Его ядро составляет партия ANO олигарха Андрея Бабиша, уверенно победившая на выборах в октябре прошлого года; с декабря он вновь занимает пост премьер-министра. Его партнёрами являются более спорные силы: одна — евроскептическая партия «Автомобилисты для себя», другая — «Свобода и прямая демократия» (SPD), фактически партия с ксенофобской риторикой, которую кстати возглавляет сын японским эмигрантов Томио Окамура. Именно эти коалиционные партнёры Бабиша вызывают наибольшее недовольство среди жителей крупных чешских городов.
В то же время, если смотреть на Чехию в целом, последние социологические опросы не показывают значительных изменений в уровне поддержки правительства Бабиша. Кроме того, в Чехии уже сложилась традиция регулярных протестов против Бабиша или политиков схожего популистского толка. На этот раз протестующие, в частности, требовали более чёткой позиции по геополитическим вопросам, сопоставляя нынешний кабинет с предыдущим правоцентристским правительством Петра Фиалы. Правительство Фиалы последовательно поддерживало Украину, настаивало на увеличении оборонных расходов и предпринимало шаги, которые можно прямо назвать антироссийскими. Нынешнее правительство не является пророссийским, однако действует заметно более пассивно.
Сам Бабиш, приходя к власти, обещал, что Чехия будет на первом месте: он намерен был сосредоточиться не на абстрактных внешних проблемах, а на улучшении, прежде всего, материального положения менее обеспеченных граждан Чехии. Надо признать, что отчасти это правительству удаётся, поэтому, если бы выборы состоялись сейчас, их результат вряд ли существенно отличался бы. В то же время новым фактором, появившимся в последнее время и способным повлиять на эрозию поддержки власти, является рост цен на топливо, наблюдаемый практически во всём мире в связи с событиями на Ближнем Востоке.
—Во время протеста среди лозунгов звучало «Мы не хотим быть Венгрией», на акциях можно было увидеть картонные матрёшки с наклеенным лицом Андрея Бабиша, множество флагов ЕС и Украины. Действительно ли Прага дрейфует в сторону Братиславы или даже Будапешта? Отвечает журналист Беларусской службы Радио Свобода (Прага) Дмитрий Гурневич:
Дмитрий Гурневич: Я не считаю Бабиша пророссийским политиком: в его высказываниях трудно найти даже намёк на пророссийскость. Единственное — он осторожно говорит о возможности диалога, но сегодня об этом говорят многие в мире. В Чехии людям не нравится, что в условиях войны Бабиш сокращает расходы на оборону. Об этом громче всего говорит президент Петр Павел, представляющий иной политический полюс. Если Бабиша называют — то центристом, то правым популистом, то Петр Павел скорее левоцентрист.
Андрей Бабиш — человек с определёнными корнями: если не ошибаюсь, по материнской линии он украинский русин, а в его чешском языке часто ощущается влияние русинского диалекта. Он никогда не высказывался в поддержку России или против Украины. Скорее он демонстрирует сдержанный скепсис в отношении чрезмерно масштабной поддержки Украины, придерживаясь принципа «Чехия прежде всего», Чехия first! — как сейчас говорят в США.
Небольшое отступление о том, является ли Бабиш пророссийским политиком. После событий в Беларуси в 2020 году именно правительство Бабиша развернуло специальную медицинскую программу по приёму и реабилитации белорусских беженцев, пострадавших от насилия силовиков. Во время своего предыдущего срока Бабиш встречался со Светланой Тихановской. Поэтому утверждать, что он пророссийский политик, совершенно невозможно. Важно также учитывать, что тогда ещё Чехословакия, а теперь прежде всего чешское общество глубоко травмировано советской интервенцией 1968 года. Чехи крайне настороженно относятся к любым шагам властей, которые даже косвенно могли бы способствовать стране, некогда бывшей их оккупантом, а сегодня ведущей войну почти у их границ.
Общественная инициатива «Миллион мгновений для демократии», организовавшие акцию протеста, призывало её участников вступать в различные политические партии. Стремится ли это движение стать новым качеством в чешской политике?
Кшиштоф Дембец: Бабиш и представители нынешних правящих кругов прямо призывают «Миллион мгновений для демократии» вступить с ними в полноценную политическую борьбу. Более того, сам Микулаш Минаж, возглавляющий эту организацию, предложил оппозиционным партиям довольно интересный сценарий — рассмотреть возможность поддержки миноритарного правительства Бабиша. Это вновь показывает, что главная проблема заключается даже не в самом Андрее Бабише, к которому, безусловно, есть множество претензий — от конфликта интересов до резких изменений позиции буквально в течение нескольких часов. Основная проблема — его коалиционные партнёры, прежде всего партия SPD, которая ещё недавно считалась маргинальной и почти экстремистской партией.
Призывы к оппозиции рассмотреть поддержку миноритарного правительства Бабиша также свидетельствуют об амбициях движения выйти на общенациональный политический уровень. Появление такой фигуры могло бы стать новым импульсом для чешской политики, где, надо признать, оппозиции явно не хватает харизматичных лидеров, способных увлечь за собой и консолидировать поддержку. Фактически такой фигурой сегодня можно назвать лишь действующего президента, однако Петр Павел, по всей видимости, не стремится к участию в партийной политике. Скорее сейчас ведётся работа по тому, чтобы убедить его баллотироваться на второй срок, поскольку сам президент неоднократно давал понять, что не до конца уверен в этом решении.
Эдуард Жолуд